Это дача инженера Александра Щенсновича на улице Красноцементной, 15 и дачи академика-сейсмолога Бориса Голицына на Сухумском шоссе, 37. Ранее они признаны объектами культурного наследия.
Приказ о концессионном перечне № 11 от 21.01.26 подписан региональным министром экономики Алексеем Юртаевым. Впрочем, аналогичный приказ № 6 от 14.01.2025 года предполагал, что концессионный договор будет заключен еще прошлом году. Краевые власти пытаются сохранить здания, которые связаны с известными именами позапрошлого века и когда-то являлись настоящими жемчужинами архитектуры Новороссийска.
Дача инженера Щенсновича площадью более 400 квадратных метров характеризуется как здание периода эклектики с элементами классицизма: «объемно-пространственная композиция состоит из нескольких разновеликих объемов, члененных лопатками. В доминирующем объеме третий этаж представлен мезонином, имеет сложное объемное решение…»
В прошлом году Управлением государственной охраны объектов культурного наследия администрации Краснодарского края разработана аукционная документация на право заключения так называемой «аренды за рубль» дачи Щенсновича на 49 лет.
«Имущество», которое хотят сдать в аренду, привлечь к нему концессионеров, век назад представляло собой миниатюрный замок на склоне Маркотхского хребта. Сейчас – это фактически руины по улице Красно-цементной, 15, где побывала в конце прошлого года журналист «Новороссийского рабочего».
С одной стороны здания – густая древесная поросль. Внутри – глыбы кирпича. Нет части перекрытий, крыши. Изнутри видно небо.
Дача Голицына спроектирована известным архитектором Николаем Карлинским. Здание решено в псевдороманском стиле. Оно является составной частью одного из бывших дачных поселков, расположенного на северо-восточном берегу Цемесской бухты. В приказе министра экономики сообщается, что дача Голицына также находится в неудовлеворительном состоянии. И не совсем понятно, как в ее отношении возможна концессия, ведь объект находится на закрытой территории – Новороссийской военно-морской базе. Обычным новороссийцам сложно оценить ее реальное состояние.